Свежие комментарии

  • Ольга
    Варелик, не бузи!Новый гигантский ...
  • Ольга
    Варелик, не бузи!Новый гигантский ...
  • Ольга
    Варелик, не бузи!Новый гигантский ...

Простые правила сложной судьбы фронтовиков: «Попало — погиб, а пролетело — жить будешь»

Простые правила сложной судьбы фронтовиков: «Попало — погиб, а пролетело — жить будешь»

Рядовой артиллерийских войск Александр Федорович Грошев поделился воспоминаниями о военном времени. Он рассказал, что пошел на фронт добровольцем, как только началась Великая Отечественная война.

Воевал он и под Сталинградом (в гвардейских минометных частях), и на Орловско-Курской дуге  участвовал во взятии Брянска и Орла. Позже попал на Прибалтийские фронты. А после войны вернулся в Ленинград, откуда направили служить на атомный полигон в Семипалатинск. В 70-е он переехал на родину - в Нижний Новгород, а в 2000-е к детям в Петербург.

О битвах под Сталинградом вспоминает так: «Я не представлял себе ни службы, ни вооружения, не умел стрелять, не умел приветствовать. Но в Горьком я жил у тетки в полной нищете, получал в ФЗУ стипендию 80 рублей — но что это такое? Разве на них проживешь? Я не знал, что оценить выше: одиночество и голодную жизнь или войну. Во-первых, я не представлял, что такое война, что там делают, на войне. А вот в Горьком я знал, что с голоду умру. В магазинах ничего нет. В армии тяжело, страшно, опасно, жизнью торгуешь, но там хоть кормят, хоть какая-то дисциплина есть».

Выживет или нет, считал, предписано судьбой: «попало — значит погиб, а пролетело — значит жить будешь.

Пока».

Простые правила сложной судьбы фронтовиков: «Попало — погиб, а пролетело — жить будешь»

Также Александр Федорович рассказал, что, когда первый раз попал под обстрел, растерялся, не знал куда себя деть. Когда все сидели под яблоневыми пнями, некоторые даже плакали. Но это были те, кому пришлось оставить семью. А молодежь, по крайней мере он, в последующих боях страха не ощущал, говорит фронтовик.

Также ветеран рассказал о том, как немцы сильно просчитались, когда продолжали сбрасывать провиант свои солдатам, которых уже взяли в плен. На Псковатку (в 30 километрах от Сталинграда) периодически сыпались продукты и боеприпасы.

«Мы встаем и видим: на перекрестке валяется парашют и большая-большая бомба. С дивизионов звонят, говорят, что им сбросили ящики со снарядами, с патронами, с пистолетами. Мы все всполошились, собрались около места падения. Смотрим — не взорвалась. Тогда мы парашют отцепили, стали открывать. Открыли люки, а там продовольствие: шоколад, мармелад, печенье, хлеб, папиросы, сигареты, все-все! Всем хочется попробовать, но боимся. Говорим врачу, давай пробуй первый. Он взял продуктов, покушал, проглотил. Потом ни с того ни с сего как закричит не своим голосом и засмеется! Вся бригада пришла, к вечеру уже ничего от этой кучи не осталось».

В маленьком населенном пункте было много пленных немцев. Но в основном все они уже дожидались смерти, лежа на морозе обессиленными в деревянных ботинках, даже повернуться не могли. «Русь, поверни» - обращались к солдатам они. Зрелище жалкое, но ветеран говорит, что дикой жестокостью немцы сами привили ненависть к себе.

«Людей очень много погибло, поэтому и победа получена. Большое дело — тыл, он сильно помогал. Мы в нашей части не ощущали недостаток ни в питании, ни в боеприпасах, ни в вооружении. Я не знаю, откуда только это все брали. Надо же такую армию, 5-10 миллионов человек, прокормить» - вспоминает Александр Грошев.

Картина дня

наверх